• 16 августа 2018

    Всплытие Каспия

    Развитие транспортной деятельности в Каспийском море после распада СССР осложнялось его неопределенным правовым статусом. Подписание Конвенции о статусе Каспия положило конец его «переходной» постсоветской истории. Впереди большие планы, но и проблем немало.

    Через тернии к морю


    Подписанная Конвенция предусматривает, что каспийские государства имеют право на добычу водных биоресурсов в пределах 25 морских миль от побережья, при этом национальный суверенитет будет распространяться на 15 морских миль, также десять примыкающих к ним для добычи биоресурсов. Основная акватория моря находится в общем пользовании сторон Конвенции, дно и недра разделены между государствами на основании соответствующих договоренностей и международного права. Судоходство, промысел биоресурсов, прокладка трубопроводов могут осуществляться по согласованным маршрутам и правилам теми странами, по акватории которых они будут проходить.

    В настоящее время в Каспийском бассейне функционируют три российских морских порта: Астрахань, Оля и Махачкала. При этом до недавних пор порты Каспийского бассейна демонстрировали наихудшую динамику в сравнении с показателями других бассейнов: начиная с 2012 года объем перевалки грузов через порты бассейна сократился наполовину, а его доля в общем объеме грузооборота портов России достигла величины на уровне статистической погрешности.

    Тем не менее, по итогам I полугодия 2018 года Каспийский бассейн после затяжного падения продемонстрировал взрывной рост, обеспеченный, главным образом, транзитом казахстанской нефти через порт Махачкала. Прирост по сухогрузам в бассейне был связан с перевалкой зерна в направлении Ирана.

    Новый порт – новые перспективы

    Перспективы бассейна, на наш взгляд, связаны с созданием сухогрузных мощностей (которых в России, особенно на Юге, остро не хватает) для организации поставок в Иран и в Индию, представляющую огромный и пока малоосвоенный Россией рынок, а также обеспечения транзитных перевозок.

    Так, по экспертным оценкам, потенциальный транзитный грузпоток по международному транспортному коридору «Север-Юг» между Индией и Ираном, с одной стороны, и странами Северной и Центральной Европы, с другой, может составить 35-40 млн тонн в год, из которых примерно половина придётся на грузы в контейнерах. При этом для обеспечения рентабельности таких перевозок и конкурентоспособности с портами Азово-Черноморского бассейна необходимо, чтобы эти суда были достаточно вместительными (от 1700 TEUs). С этой целью необходимо создавать соответствующую инфраструктуру.

    Строить каспийские контейнеровозы такой вместимости без государственной поддержки будет нерентабельно. В настоящее время существует ряд мер господдержки, которые уже хорошо себя зарекомендовали: это субсидирование процентных ставок по кредитным и лизинговым платежам, судовой утилизационный грант.

    В ноябре 2017 года правительством России была утверждена Стратегия развития портов Каспийского бассейна до 2030 года. Стратегией предусмотрено создание порта в Каспийске. Как заявил на днях президент России Владимир Путин, порт должен быть построен к 2025 году. Новый порт будет способен принимать суда с полезной нагрузкой от 15 до 25 тыс. тонн.  

    «Мы поддерживаем проект международного коридора «Север – Юг», он предусматривает железнодорожное, паромное, автомобильное сообщения, которые мы намерены развивать. Его запуск позволит в 2,5 раза быстрее, чем сегодня, доставлять грузы – ежегодно это до 25 млн тонн из европейских стран через Иран на Ближний Восток и Средний Восток, а также в Южную Азию», - подчеркнул Владимир Путин.

    Каспийск расположен в непосредственной близости от Махачкалы, при этом обладает свободными площадями для развития стивидорной деятельности. Там же планируется создать базу Каспийской флотилии ВМФ России.

    Люди и рыбы


    Упомянутой Стратегией также предусмотрено создание на Каспии новых пассажирских терминалов в портах Астрахань, Махачкала и Дербент.

    В настоящее время в России уже строится пассажирское судно, предназначенное для каспийских круизов. Речь идет о строительстве первого (головного в серии PV300) за последние 60 лет пассажирского круизного лайнера класса «река-море», которое стартовало на судзаводе «Лотос» (Астрахань) в августе 2016 года. Заказчиком судна выступило Московское речное пароходство. Два судна (головное и серийное) планируется сдать в 2020 году. Круизный лайнер проекта PV-300 – это четырехпалубное судно нового поколения длиной в 141 м.

    Строительством таких судов на заводе «Лотос» заинтересовались также иранские компании.

    Конвенция о правовом статусе Каспийского моря дает импульс для развития рыболовства. В настоящее время в России прорабатываются механизмы господдержки строительства малотоннажных рыболовных судов, в том числе для работы в Каспийском море. По данным руководителя Росрыболовства Ильи Шестакова, потребность в добыче кильки на Каспии составляет порядка 100 тыс. тонн в год, при этом в настоящее время отечественными рыбаками добывается лишь десятая доля от этого объема.

    Не потонуть в бюрократии

    Чтобы все означенные планы заработали, необходимо создать условия для эффективной логистики, поскольку в противном случае обеспечить конкурентоспособность каспийских маршрутов в сравнении с привычными азово-черноморскими схемами окажется невозможным. Здесь нужно будет подумать и о едином транспортном документе, и об оптимизации таможенных процедур, и о создании сервисных центров, в том числе судоремонтных, для обеспечения стабильного судоходства. Кроме того, нужно продумать меры господдержки для строительства каспийского флота и функционирования соответствующей инфраструктуры.

    Однако, если все это будет сделано, то некогда депрессивный регион получит хороший синергетический эффект и импульс к развитию. Тем более, что все предпосылки для этого имеются: и политическая воля, и поддержка первых лиц государства, и выигрыш по скорости доставки, и близость к крупнейшим рынкам Ирана и Индии. А теперь к этому добавилось и урегулирование правового статуса моря.

    Виталий Чернов.